АБОНЕНТ ВРЕМЕННО НЕДОСТУПЕН

              Рефреном и раздражающим  фактором звучит эта фраза в течение всего фильма для моего персонажа  Германа Логинова, известного и талантливого пластического хирурга, владельца собственной клиники.  Речь идет о  съемках в четырех серийном телевизионном фильме под рабочим названием «Абонент временно недоступен» режиссера Марка Горобца, украинской кинокомпании «FILM.UA». Сказать, что меня изначально увлек сюжет сценария, не могу, и что понравилась роль Германа Логинова тоже. Я ничего не знал о кинокомпании «FILM.UA» и тем более о режиссере Марке Горобце, да и золотых гор мне в этом проекте не сулили. Вообще причин для отказа было больше, чем положительных факторов. Но они были!!!
            Я дал свое согласие на участие в этом фильме, потому что мою жену будет играть Дина Корзун, с которой мы не встречались более 10 лет после съемок в фильме «Страна глухих», и вся история снимается   
в Киеве, в городе,  который вызывает теплые, уютные чувства в моем сердце.  Еще произошли некоторые неожиданные события. За месяц до съемок, чего практически никогда не бывает, присылают из Киева  все мои отдельно выписанные и расписанные по дням съемок сцены. Обычно это начало моей работы над сценарием, чтобы проследить перспективу развития своей роли. Другая неожиданность – это  встреча с режиссером тоже задолго до съемок. Мой персонаж Герман выписан в сценарии однозначно и прямолинейно и я беспокоился, пойдет ли режиссер на мои предложения сделать его интересней, глубже, весомей, показать любящим человеком, любящим своего сына, жену, работу и всё красивое, что его окружает. И кого я вижу перед собой на первой встрече - молодого хиппи, худого, лет 25-ти, в кольцах, сережках, рваных джинсах, стильных очках, с козлиной бородкой, и немного стесняющегося... Ну, вот, думаю, приехали, откуда этот человек может знать о сложных человеческих, семейных отношениях между мужем и женой, проживших более 8 лет в браке… Марк начинает говорить, три минуты, пять… Я молчал, а он говорил очень осторожно,
о том, что хотел бы видеть Германа не таким однозначным, прямолинейным и плоским. Я молчал и тихо радовался, что нашел единомышленника, ищущего и знающего!!!  Это потом в процессе съемок, для меня  начался настоящий поиск всего, что связано с таким любимым понятием - творчество!!! Я предлагал, Марк слушал внимательно и тоже предлагал. Было замечательно, что оба понимаем  и раскрываем причины противоречий  в образе Германа, переделываем тексты и целые сцены, а не быстренько снимаем телевизионное «кино-варево»  на четыре серии. В последний съемочный день ко мне подойдет оператор Дмитрий Баженов и скажет: «Эвклид, самым скучным и обычным персонажем в этой истории для меня был Герман Логинов и он стал такой интересный и объемный, что я не слышал порой команды «Стоп. Снято!» и забывал выключить камеру».
            Вообще, в съемочной группе Марка Горобца, по моему мнению, не было ни одного равнодушного, ни одного случайного человека, каждый любящий и трепетно относящийся к своему делу профессионал, хотя им всем от 20 до 30 лет!!! Я могу очень долго и длинно (и это было бы правильно) признаваться в любви к каждому в отдельности, начиная от звукорежиссера Шрайбикуса (Дмитрий Ямковой),  с его помощниками, которые писали чистый звук. Порой звуковая пушка попадала во время съемок в кадр к актерам и тогда  все хором орали: «Шрайбикус,
ё…прст…микрофон в кадре!!! Ты запорол дубль!» На что он спокойно и невозмутимо отвечал: «Зато у меня
звук был». А какая  атмосфера царила на площадке! Её величество атмосфера! И эту атмосферу создавал режиссер, атмосферу спокойствия, уважения и любви  друг к другу. Как не восхититься талантом и обаянием художника по костюмам Ольги Сеймур, которой на съемочной площадке никогда не было, но вспоминал я о ней и её помощницах (потрясающе красивых Марине  и Лене) каждый день с благодарностью!!!
А нашим психотерапевтам «сестрам грим» Джульетте и Лемарочке  можно посвятить целую оду!!! В этой съемочной группе, как в Европе, за грим отвечали два человека – Джульетта за прическу, а Лемарочка за лицо! С какой любовью и юмором они это делали  не описать ни русским, ни греческим, ни украинским языками. Каждое раннее утро, садясь к «сестрам  грим»  в кресло, я ловил себя на мысли, что очень грустно будет расставаться с этими двумя искорками и буду скучать по их рукам, глазам, улыбкам и общению!!!  Не меньше создавали атмосферу, кто бы мог подумать – рабочие!!! Они же постановщики, они же «уборщицы» по имени Юра и Володя!!! А Наталья Ивановна, готовившая исходящий реквизит, блюда, которые едят актеры в кадре, не только чтобы он  красиво смотрелся в этом самом кадре, а готовила безумно вкусно, дабы доставить актерам, ну и съемочной группе, удовольствие. Ну, и конечно, Котя, мой сын по фильму, мой маленький коллега Арсений Олегович Ткачёв. Какое удовольствие работать с талантливыми детьми в кадре!!! Я видел, как он тихо сам боролся с усталостью, как переживал, что не так сыграл, как хотел. Я молча восхищался, наблюдая за ним!
            Не могу не вспомнить еще один рабочий момент. Снимаем мою сцену, где нет ни одного слова, только сложнейшее внутреннее состояние и внутренний монолог. Я подъезжаю к дверям морга и сижу в машине уничтоженный и раздавленный мыслями, что мне надо идти  на опознание тела моей любимой женщины,
моей жены, которую я искал шесть месяцев («искал» - это с позиции Германа Логинова). Как войти в это состояние? Как его набрать?! Стоило только посмотреть на массовку, трагически сидевшую на лавочке у входа в морг и вера в обстоятельства возникала моментально!!! Вот так работала массовка, руководимая вторым режиссером. В первый съемочный день я искал его глазами, пытаясь понять, кто у нас мотор съемочного процесса и не выдержав, спросил, и меня познакомили с худенькой тростиночкой Ирочкой Цилик, которой всего-то может быть лет 20. И этот ребенок смог организовать и вести всю съемочную группу в
50-60 человек. Позже Ирина подписала и подарила  мне свою книгу со стихами на украинском языке.
Оказалось, что она ещё и талантливо пишет и издается!!!
            Четырнадцать дней безмерного счастья, уюта и теплоты, начиная с моего утреннего просыпания (мой балкон выходил на Софийский собор) и заканчивая всем съемочным процессом. В последний съемочный день этой картины я озвучил свои мысли вслух: «Как грустно прощаться с вашей съемочной группой, с этой натурой, с моими партнерами и когда это теперь будет возможность встретиться со всеми вместе на следующей картине одному Богу известно! По моему кинематографическому опыту, уже более 40 картин, практически никогда!» За эти мысли и вызвал гнев творческой группы!!!  Конечно же, мы обменялись номерами телефонов, но дай Бог не для того, чтобы рефреном и раздражающим фактором бесконечно звучало в наших мобильниках «Абонент временно недоступен».